ГлавнаяТема номераКалендарь событийАрхив
19 Октября 2018 г. 7:47
gazeta.sfedu.ru gazeta.sfedu.ru sfedu.ru


По страницам архивов: 60-летие университета

3 Июля 2014 г.
К 60-летию университета в газете «За советскую науку» (1975 г. № 33. 1 декабря) в рубрике "Страницы истории РГУ" был опубликован материал выпускника Северо-Кавказского университета 1928 года, профессора В. Никольского. Это воспоминания о первых годах пребывания вуза в Ростове, снабженный личными впечатлениями. Редакция ЮУ публикует материал полностью.


60 лет. Начало большого пути


Вспоминает В. Никольский, выпускник Северо-Кавказского университета 1928 года, профессор.


В сентябре (в конце августа по старому стилю) 1915 года наша семья переехала в Ростов-на-Дону, где обосновался Варшавский университет, в котором работал профессором фармакологии мой отец В.И. Никольский. А семья вот уже год жила в Казани у родственников. Мне исполнилось тогда двенадцать лет, и я учился во втором классе гимназии. Признаться, я мало тогда интересовался университетскими делами, много было других впечатлений.

Из осенней мокрой и холодной Казани мы попали в еще по-летнему теплый и зеленый Ростов. Город с красивыми домами, брусчатой мостовой на Садовой (теперь улица Энгельса), с дуговыми фонарями, источавшими с шипением переливающийся фиолетово-зеленоватый свет на Таганрогском (ныне Буденновском) проспекте произвел внушительное впечатление, показался больше похожим на Варшаву, чем на Казань.

Колоритны были многочисленные «драгали» (правильнее, по-видимому, было бы «дрога-ли»), возчики грузов, дюжие фигуры с обязательными красными вязаными поясами, их лошади, в разукрашенной медными бляхами сбруе, летом 'щеголяли в шляпах. Много, лиц восточного типа на улицах, калмыки в национальной одежде, приехавшие на верблюдах на Старый базар (ныне Центральный рынок), — все это было новым.

С новыми условиями мне пришлось столкнуться и в гимназии. Меня отдали в эвакуированную сюда Лодзинскую гимназию, работавшую в вечернюю смену в здании казенной гимназии, на месте теперешней школы № 43, на Буденновском проспекте. Отсутствие дисциплины на уроках некоторых учителей, шум, крики, драки во время перемен — все это было совершенно не похоже на порядки в гимназиях Варшавы и Казани. И успеваемость, по крайне мере в нашем классе, была низкой.

Контингент нашего класса в значительной степени состоял  из ребят, исключенных из других учебных заведений. Среди учеников были армяне, немцы, осетины, литовцы, поляки, галичане (западные украинцы). Среди последних учился в нашей гимназии известный впоследствии писатель Ярослав Галан, зверски убитый после Отечественной войны бандеровцами во Львове.

С университетом    и    обстоятельствами его устройства в Ростове я ближе познакомился с 1921 года, когда поступил на естественное отделение физико-математического факультета, а затем на медицинский..Меня побудил к этому возникший интерес к биохимии (тогда она называлась физиологической химией), которая на естественном отделении не преподавалась. Однако практика такого перехода в то время широко применялась из-за большого наплыва молодежи на медицинский факультет и значительного отсева в нем на первых курсах. Естественников принимали на второй или даже на третий курс с обязательством отработать анатомию (что было возможно) и сдать пару экзаменов.

Вопрос о переводе университета из Варшавы был решен независимо от исхода войны. Очевидно, утвердилось негласное мнение, что в Варшаве русскому университету уже не быть. Несколько городов претендовали на право принять его к себе. Помню, среди них была, например, Пермь. Совет университета отдал предпочтение Ростову, как предложившему наиболее благоприятные условия. В частности, университету были предоставлены достаточно обширные помещения, приспособленные для проведения учебной работы. Занятие, наукой в те времена, но сути дела, было частным делом профессоров и преподавателей.

В то время я знал лишь немногих профессоров только медицинского факультета, преимущественно, как и мой отец, казанского происхождения: Бушмакина (бактериолога), Максимовича (физиолого-химика), Орлова (офтальмолога) и еще ректора Вехова.

Кроме профессоров, из Варшавы прибыло много и технического персонала. С сыновьями некоторых из них я учился в одном классе. Помню, как мы в семье приветствовали в первый его приезд в Ростове старо' го знакомого, университетского курьера, высокого старика, хо-дившего и зимой, и летом в серой шинели с металлическими пуговицами, похожей на гимназическую.

Львиную долю предоставленных университету помещений получил физико-математический факультет: три верхних этажа главного здания, физический корпус, стоявший на месте сквера у музыкально-педагогического института, химический корпус на Ткачевском переулке (ныне Университетском) — единственное, сохранившейся с тех пор за университетом здание, в котором время лишь уменьшило аудитории на одну четверть. Оба эти корпуса строились как клубные помещения, главное здание — под гостиницу с большим рестораном.

На четвертом этаже главного здания, вправо, помещалась кафедра физиологии растений, которой заведовал основоположник вирусологии, профессор Ивановский. Я его уже не застал. О его работах нам, конечно, говорили, но общебиологическое значение его открытия тогда еще не было оценено.

Вспоминается физический корпус: хорошая аудитория с крутым расположением мест, с достаточным оборудованием. В ней впоследствии, в двадцатые годы, проводились концерты небольшого самодеятельного симфонического оркестра, организатором которого был профессор-метеоролог Ерохин. В остальном помещение представляло собой анфилады полупустых комнат с редкими приборами и студенческими фигурами у некоторых из них.

Главным зданием университета стало нынешнее главное здание пединститута. В несуществующем сейчас доме рядом с ним, по Садовой, 33 (впоследствии занятым ЧК), помещался ректорат, в котором заправлял секретарь, суровый старик в чиновничьем вицмундире, некто Дегтярев. Канцелярия по студенческим делам помещалась по Садовой, 45, в доме, значительно перестроенном, и ранее принадлежавшем известному в свое время писателю-историку, уроженцу Дона, Мордовцеву. Наверху, в мансардовом этаже, ютилась непопулярная в то время кафедра общей биологии. Замечу попутно, что в ее курсе о работах Менделя не упоминалось. Я о них узнал из литературы. Курс биологии профессор Мавродиади читал хорошо, увлеченно. Но, к своему удивлению, я как-то обнаружил, что он ходит в церковь. Медицинский факультет для теоретических кафедр получил здание, предназначенное под ремесленное училище на Скобелевской (ныне Красноармейской) улице, здание в 15— 16-х годах еще дооборудовалось. Под клиническую базу была предоставлена Николаевская больница, в народе называвшаяся Красным Крестом. Это теперь клинический городок.

Вместе с медицинским институтом были организованы высшие женские медицинские курсы. Под них отвели здание по Суворовской (ныне улице Тельмана), где теперь помещается кафедра физиологии и ЦНИЛ мединститута. Может быть, не безынтересно, что вблизи за этим зданием начинался пустырь, на котором в отдельности стояли недостроенные здания народного университета, городская больница, и переоборудованные под бактериологический институт холерные бараки,

Историко-филологический и юридический факультеты помещались на первых двух этажа главного корпуса.

Что же касается теперешнего главного здания университета, то, будучи выстроено перед самым началом первой мировой войны, оно сразу было занято под госпиталь. В период власти белых этот «дом Кистова» приобрел печальную славу здесь находился мобилизационный пункт белых армий.

Почти сразу же по прибытии в Ростов в студенческой среде стало появляться то, что можно назвать студенческой самодеятельностью. Это выразилось в проведении вечеров собственными силами в пользу неимущих: студентов и с привлечением профессиональных артистов. Они проводились в зале торговой школы, Сенная, 100 (ныне ул. М. Горького) там, где сейчас располагаете, юридический факультет университета.

Ко времени моего поступления на естественное отделение многих профессоров, приехавших из Варшавы, уже не стало. Помню, как студенты сожалели о том, что до нас не дожил профессор химии Курилов, славившийся как блестящий лектор. Из оставшихся «варшавян» пожалуй, с уверенностью могу указать лишь на профессора зоологии Щелкановцева, автора ценного учебника, но довольно скучного лектора.

Иное положение было на медицинском факультете, где сохранился ряд крупных ученых таких, как гистолог А. А. Колосов, хирург Н. А. Богораз, дерматолог П. В. Никольский и ряд других.

Может быть, эти беглые записки лишь в слабой степей дадут представление о временах становления университета в Ростове.




comments powered by HyperComments
газета
'Южный Университет'
gazeta@sfedu.ru, pr@sfedu.ru
344006, г.Ростов-на-Дону,
ул.Большая Садовая, 105/42,
ком.506 б
Горшенкова Ольга Александровна


+7(863)263-82-85
+7(863)244-09-94